Юрий Максимилианович – мой благодетель, мой патрон, мой родственник, в конце концов…

Юрий Максимилианович –  мой благодетель, мой патрон, мой родственник,  в конце концов…

В 1973 году я защитил дипломную работу на кафедре зарубежного искусства Искусствоведческого отделения исторического факультета МГУ, и стоял вопрос об аспирантуре. Но все вдруг как-то стало вязнуть, затягиваться… Не только  в МГУ, но и в Институте истории и теории архитектуры, откуда был один из моих предполагаемых (он, правда, по каким-то причинам не участвовал в защите) оппонентов – А.В. Иконников, разговор об аспирантуре или о работе как-то остался незавершенным. Через какое-то время до меня дошел слух, что все неспроста,  и дело имеет идеологический характер: я скомпрометирован связями с диссидентами, и возникшие проблемы – некая форма наказания. До сих пор не знаю, что там было правдой. Не могу сказать, что ситуация меня сильно печалила: мне еще не было тридцати, и легкомыслие помогало жить.

Учась в университете, я работал в Правлении Союза художников СССР и привык бывать в тамошнем ресторане (теперь в этом здании на Гоголевском бульваре выставочные залы Московского музея современного искусства), где мы встречались и весьма бурно проводили время с художниками, съезжавшимися со всей тогдашней страны. В одно из посещений этого гостеприимного места  я пожаловался на затягивающуюся свою безработность старшим друзьям – искусствоведам Васе Ракитину и Мише Лазареву, которые за пару рюмок коньяка «продали» меня тут же присутствовавшему импозантному седовласому джентльмену, назвавшемуся Юрием Максимилиановичем. Через пару дней, во время назначенной мне встречи, на вопрос, кого я знаю из художников, я самоуверенно ответил: «всех», и был принят на работу в редакцию ежегодников издательства «Советский художник». Мой благодетель заведовал этой редакцией. Так произошло наше знакомство с Юрием Максимилиановичем Овсянниковым. Правда, потом неоднократно всплывали возможные линии пересечения наших жизненных путей. Так, выяснилось, что я учился живописи у Бориса Биргера, с которым Ю.М. дружил. Оказалось также, что Юрий Максимилианович знал мою маму по журналу «Юность», где он в какой-то период жизни работал, а она что-то там публиковала, да и мою статью о Гогене там напечатали. А в середине 60-х я, подрабатывая, готовил для «Литературной газеты» краткие аннотации – обзоры книг, которые выпускало издательство «Искусство», где в это время работал Ю.М. и где я мог  у него бывать. 

Потом, уже перед моим уходом из редакции, всплыл потрясший меня  и, думаю, Ю.М. факт нашего родства: Ю.М. был из рода Шиков, к которому относилась и моя бабушка по отцу. Кроме всего, несмотря на разницу в возрасте, оказалось, что у нас много общих друзей. Так, до сегодняшнего дня, регулярно встречаясь с Игорем Голомштоком, мы каждый раз заводим разговор о Ю.М. 


Полный текст статьи читайте в выпуске альманаха

Выпуск:  Выпуск № 1, 2017 год
Автор:  Леонид Бажанов
Кол-во иллюстраций:  2