Русские иконы в монастыре Ватопед

Русские иконы  в монастыре Ватопед

От редакции 

Автор этой статьи Михаил Красилин – историк искусства, обратившийся одним из первых к изучению поздней иконописи.  В 1970-х годах исследовательские интересы побудили его к изучению иконных ансамблей действующих церквей Москвы и Московской области, Куйбышевской, Челябинской, Свердловской, Волгоградской, областей, Краснодарского края, а также Украины, Молдавии, Латвии, Эстонии, Литвы, Киргизии, Узбекистана, Таджикистана. В 2013 году М.М. Красилин был приглашен в обитель Ватопед на Афоне для обследования монастырского собрания русских икон и последующего издания результатов экспедиции, состоявшейся по инициативе издателя Сергея Верхова и по благословению настоятеля Ватопедского монастыря Ефрема (Куцу). Публикуемая статья – первая предварительная и конспективная презентация этой коллекции, проиллюстрированная фотографиями автора.

Одна из трех горных стрел, вдающихся в Эгейское море, принадлежит монашеской республике Афон, называемой греками Оагиос Орос. Столетиями стекались сюда монашествующие, ищущие духовного уединения, молитвенного общения с Господом. Со времени легендарного основания Константином Великим монастырского общежительства, а позже – с Х века – более конкретной даты начала освоения этих горных отрогов искатели духовной жизни укреплялись здесь и в поисках веры, и в строительстве обителей. Постепенно прирастало православное население, и не только за счет греческих монастырей. Тысячу лет назад начали посещать Афон и одиночные русские паломники, которые порою приживались здесь на долгие годы, иногда – до конца жизни, сохраняя при себе родные иконки. Нарастающие со временем волны жаждущих святогорского благословения (а к концу XIX – началу XX столетия это уже сотни тысяч со всей России) везли с собою иконы для даров. Почти все они оседали в сокровищницах афонских монастырей. И конечно, нам хотелось бы и видеть, и изучать то далекое национальное наследие, к которому только сейчас протаптывается тропа отечественными специалистами.

Эти монастырские собрания давно вызывали исследовательский интерес, равно как и те иконы, которые попадали на Русь с Афона. Так, в конце ХIV века на Святой Горе подвизался новгородец Арсений (умер в 1447 г.), ковавший медную посуду для здешних обителей. Он вернулся на родину, проведя на Афоне три года, и принес с собой икону Богоматери. Позднее она стала почитаться как «Коневская» (Музей церковного искусства, Куопио, Финляндия). Второй пример – список чудотворного образа из монастыря Иверон, принесенный афонскими старцами, которые собирали на Руси милостыню для своей обители. Здесь этот образ стал одной из самых почитаемых икон под названием «Богоматерь Иверская». Святой Димитрий Ростовский в своей келье молился перед образом Богоматери Ватопедской, иначе называемым «Отрада и Утешение». Это изображение всегда воспроизводится на иконах святителя. Примерно в 1515 году в Москву по просьбе Василия III приехал ученый монах Ватопедского монастыря Максим Грек для редактирования богослужебных книг. Надо полагать, что он прибыл не с пустыми руками. (Однако, как известно, его успешно начавшаяся в Московии творческая жизнь была прервана обвинениями в ереси и почти пожизненным заключением в монастырях.) И конечно, нельзя сбрасывать со счетов бесконечный поток икон, писанных в Пантелеимонове монастыре и расходившихся усилиями вернувшихся паломников по всей Руси, что лишь подтверждает факт взаимного художественного обмена.


Полный текст статьи читайте в выпуске альманаха

Выпуск:  Выпуск № 1, 2017 год
Автор:  Михаил Красилин
Кол-во иллюстраций:  31